реклама турфирм
TOP 7: Египет / ОАЭ / Таиланд / Турция / Индия(ГОА) / Чехия / Доминикана
Главная страница / Абхазия

Чаты Абхазии
Гагра
Гал
Гудаута
Гульрипш
Новый Афон
Озеро Рица
Очамчира
Пицунда
Сухум
Ткварчал
Высокогорная Абхазия
Военно-сухумская дорога
Юго-Восточная Абхазия
Карта Абхазии

Сейчас на форуме:
Онлайн заработок // Dmitriy32

Мельницы для дома // olana

Гель лак // olana

Инструменты для маникюра // olana

Онлайн заработок // Dmitriy32

джинсы // olana

Металлический сайдинг // walter

Новые отзывы туристов:
Разместить здесь свой отзыв >>

Чехия: Новый год в Праге // Ирина

Германия: Германия и Швейцария с ДСБВ // ольга

Чехия: Объективный негативный отзыв о гиде туристического агенства 4 сезона! // Анастасия

Турция: форс-мажер // Татьяна

Чехия: Эх, Ирина..Ирина! "Пражская сказка" от "4 сезона // Ольга

Чехия: Экскурсия в Саксонскую Швейцарию... // Виктор

Россия - Северо-Запад: Тебя посадют, а ты - не воруй..!) // Владимир

Далее >>

Испания, туры, отдых

Германия, Австрия, Швейцария

Египет, ОАЭ, Тунис - туры, отдых, отели, самостоятельные путешествия

Турция - путешествия, история, культура, традиции

Юго-Восточная Абхазия


Дорога к прекрасному начинается у восточных ворот Сухума - на берегах горной реки Келасур. Справа - Черное море, слева - зеленые массивы Келасурского и Каштакского лесов по склонам галечниковых холмов, круто спадающих к реке.

И тут же на ее левом берегу прямо на пляже высятся обвитые плющом булыжниковые стены огромной башни, от которой отходит стена, перерезанная железной и шоссейной дорогами. Это начало крупнейшего кавказского оборонительного сооружения - Келасурской, или, как ее еще называют, Великой Абхазской стены.

Грандиозные руины стены уже полтора столетия привлекают внимание исследователей. Французский путешественник Ф. Дюбуа де Монпере, осмотревший в 1833 году ее приморский участок, решил, что основной причиной появления этого памятника был "воинственный дух" местных племен, который в последние века до н. э. "заставил греков замкнуть свою территорию до самого подножия гор необъятной стеной". По мнению этого автора, стена была обращена на северо-запад, в сторону реки, а длина ее достигала 160 верст. П. С. Уварова, осмотревшая часть стены в 1886 году, не решилась, однако, присоединиться к датировке Дюбуа и, упомянув о предании, которое приписывает стену византийскому императору Юстиниану I, отнесла ее к группе местных памятников XIII-XVII веков.

В том же году Абхазию посетил археолог В. И. Сизов, который высказал мнение, что стена направлена фасадом на восток. В 1925 году сухумский исследователь В. И. Отражен и профессор А. С. Башкиров в результате осмотра отдельных участков стены поставили под сомнение вывод В. П. Сизова об ориентации стены. Две специальные работы посвятил стене М. М. Иващенко, который описал стену от Приморской башни до села Мерхеул, "на глазок" определил длину ее в 160 километров, число башен в восемьсот и, усмотрев сходство названия реки Келасур со словом "Клейсура", которым византийцы называли укрепленные стенами ущелья, датировал ее VI веком. Л. Н. Соловьев, давший наиболее полное описание многих частей стены, выделил в истории ее строительства два этапа: V - VI и X - XII века. Этим исследователем была высказана мысль о двух фронтовой функции памятника. Позже эта мысль была развита известным сухумским историком-популяризатором В. П. Пачулия в следующей форме: "Столь гигантское сооружение понадобилось апсилам для обороны. Грозно ощетинивались стены, когда к ним подходили незваные гости. Если кочевники с Северного Кавказа пытались угрожать апсилам, стены закрывали все горные проходы, когда же враг появлялся с моря, жители береговой части уходили в горы. Они увозили с собой скарб, уводили стада. Крики животных, голоса людей нарушали безмолвие гор..." Видный абхазский краевед И. Е. Адзинба относил время сооружения стены к VI веку, число башен в ней определял уже в две тысячи.

В 1966-1971 годах мне пришлось заняться подробным исследованием Келасурской стены. Будет интересно познакомиться с основными результатами этих работ, в корне изменивших представления об этом замечательном памятнике.


Как выяснилось, общая длина линии обороны Келасурской стены составляет около ста километров; эта линия прослеживается от устья реки Келасур до села Лекухона (правобережье Ингура). Наиболее укреплен левый берег реки Келасур, где помимо башен и соединяющей их стены были сосредоточены основные гарнизонные укрепления. Большое внимание древние строители уделили и заграждению выходов из ущелий, по которым проходили тропы из долины Кодера. Начиная от реки Моквы число оборонительных сооружений резко сокращалось и практически сходило на нет в районе Ткварчал в 58 километрах от устья Келасур. Далее, до Ингури, на протяжении 40 километров зафиксированы лишь четыре отдельно стоящие башни.

Келасурская стена не являлась сплошной. Ее строители весьма охотно использовали условия местности. Из 58 километров основной линии лишь 25 занимала стена, потребовавшая, впрочем, солидный объем работ - примерно в 180 тысяч кубометров. На участке от устья Келасур до реки Геджир (западнее Ткварчал) разрывы в стене составляют в общей сложности 33 километра. Это главным образом труднодоступная очень живописная горная местность - крутые, обрывистые склоны, зоны оползней и осыпей, узкие тенистые ущелья.


Из 279 башен, выявленных в системе Келасурской стены, 275 приходятся на участок Келасур - Ткварчал. Около сотни башен находится в более или менее удовлетворительном состоянии, остальные почти или полностью разрушены. Большинство башен имеет неглубокий фундамент. Способы их связи с основной стеной различны, но чаще возводились сначала башни, а затем между ними встраивалась стена. Расстояние между башнями обычно колеблется от 40 до 120 метров. Там же, где сплошная стена отсутствовала по условиям местности, это расстояние доходило до 300, 500, 1000 и более метров. Все башни имеют четырехугольную в плане форму с наружными размерами 7x8 или 8х9 метров, а высота их достигает 4-6 метров. Как и вся стена, башни сооружались из местного материала: крупного булыжника или ломаного известняка, в облицовке, как правило, использовавшегося без обработки.

Каждая башня имела вход, обычно расположенный на уровне земли. Двери обрамлялись массивными прямоугольными брусьями и запирались на засов в виде бревна, скользившего в специальных пазах. Ширина таких дверей не более 1,2 метра при высоте до 1,7 метра. Изредка башни имели высокий цоколь и ведущую к дверям узкую каменную лестницу. Именно расположению дверей в башнях необходимо придавать решающее значение при определении фасада и тыла Келасурской стены. Каждому понятно, что в башни их защитники должны были входить со стороны защищаемого стеной пространства. А это пространство, исходя из ориентации дверей, располагалось восточнее и южнее основной оборонительной линии Келасурских укреплений. Следовательно, врага ждали с северо-запада, со стороны Сухума и Цабала.

Внутри башен можно увидеть ниши, углубления и сквозные отверстия в стенах и бойницы. Ниши имеются лишь в первом этаже. Основная группа отверстий (вернее, углублений), расположенных обычно на высоте 2,5- 3 метров, образовалась от вставленных в стены консолей-балок, на которых держались сплошные или частичные межэтажные перекрытия. Связь между этажами осуществлялась по приставной деревянной лестнице. Бойницы в башнях расположены во втором этаже, обычно в северной или западной стенах. Все они прямоугольного или квадратного сечения, суживаются наружу, и, несомненно, предназначены для огнестрельного оружия. Около одной из башен найдена каменная ступа для изготовления пороха. Верхний край башенных стен представляет собой заглаженную сверху раствором поверхность. Лишь над бойницами кое-где видны отверстия от круглых в сечении брусьев, на которых в былое время держалось легкое перекрытие, спасавшее стрелков от непогоды.

Стена, соединявшая башни, сохранилась лучше всего у устья Келасура, в районе поселка Чегем, и в ущельях Дуаба и Улыса. Высота ее составляет в среднем четыре метра, толщина у основания - до двух метров, вверху - до метра. В местах пересечения стеной троп, ведущих в глубь гор, в ней делались ворота, по форме мало отличавшиеся от башенных дверей. Другим видом оборонительных сооружений Келасурской стены являются рвы и валы, наиболее заметные следы которых сохранились в районе поселка Чегем. Глубина и ширина рвов здесь и сегодня достигают полутора метров.

В ходе исследований выявлен ряд существенных недостатков в оборонительной системе стены. Часто башни расположены у подножия стратегически выгодных возвышенностей, в других случаях стена проходит в непосредственной близости от крутых склонов и под обрывами, что ставит всю оборону под неприкрытый обстрел сверху. Иногда стена, не считаясь с формами рельефа, идет вверх и вниз по склонам, через поля, создавая впечатление не оборонительной линии, а, скорее, символического ограждения, забора. Отсутствуют укрепления в ряде легкоуязвимых участков. Сооружение во многих своих частях сработано на скорую руку. В одних башнях забыли сделать бойницы, в других нет следов междуэтажных перекрытий, иногда башни ставились без фундамента прямо на траву или полу сожженный кустарник. В стенах прослеживаются пустоты, незаполненные раствором, некоторые участки стены вообще незавершены - успели вырыть только траншею для фундамента.

Большинство исследователей склонно было до последнего времени считать Келасурскую стену постройкой юстиниановской поры. Однако мы уже имели возможность познакомиться в общих чертах с обликом раннесредневековых укреплений Абхазии на примерах Анакопийской, Калдахварской, Хашупской и ряда других крепостей. Их характеризуют тесаные блоки, выложенные с соблюдением рядов, прочные крупнозернистые растворы, башни, выступающие за линию стен и т. д. В приведенном же описании Келасурской стены явно проступают строительные приемы, черты, характерные для ряда местных памятников типа крепости Рухи, построенной в XVII столетии. И, как оказывается, письменные источники говорят о той же дате.

Углубимся теперь на территорию, когда-то окруженную Келасурской стеной. Первый по пути поселок городского типа Гульрипш оформился совсем недавно. У шоссе видна небольшая церковь, которая была построена в начале века по проекту Н. Н. Смецкого - замечательного человека, оставившего немало прекрасных парков и зданий на территории Абхазии. Далее, слева от шоссе, как бы обнимая возвышенность, высятся Белый и Красный корпуса Гульрипшского туберкулезного санатория, также построенного Н. И. Смецким. Особенно запоминается Красный корпус, изогнутая громада которого, украшенная грандиозными колоннами, башнями и шпилями, затейливыми узорами оконных и дверных проемов и балконов, живописно вписалась в нежную зелень парка, покрывающего холм.

Черноморское шоссе выводит к правому берегу крупнейшей абхазской реки Кодор. Здесь, на северной окраине села Дранда, на возвышенном плато, между стройными кипарисами темнеет приземистое здание Драндского собора. Памятник этот относится к крестово-купольным четырехстолпным храмам, имевшим в Византии наибольшее распространение в VI-VII веках. Восточный его фасад оформлен тремя пятигранными снаружи выступами-апсидами, заключающими в себе алтарь и соединенные с ним проходами боковые помещения - диаконник и жертвенник. Последним в западной части храма соответствуют два круглых помещения с глубокими полукруглыми нишами. С запада к ним примыкает обширное продольное помещение - нартекс с хорами во втором этаже. Храм увенчан куполом, покоящимся на низком шестнадцатигранном (снаружи) барабане.

Стены, свод и купол храма сложены из "красного кирпича, изнутри когда-то покрытого штукатуркой и фресковыми росписями. В середине XVIII века Вахушти писал: "К западу от Моквы течет Кодор, на котором в горах, в Дранде, стоит большой и изящный храм с куполом. Там сидел епископ, заведовавший страною между Кодером и Анакопиею; ныне там нет больше епископа..." Известны имена четырех драндских епископов - Федора, жившего в первой половине XV века, Сабы (Саввы), отмеченного в надписи на одной из икон, найденных в Сванетии, Филиппа, который в первой половине XVI века принимал участие в соборе, созванном по случаю падения нравственности в Имеретин, и Гавриила, вынужденного покинуть Дранду в результате включения этой территории в состав Абхазского княжества в третьей четверти XVII века и скончавшегося в Иерусалиме.

С. Саблин, посетивший Дранду в 1846 году, описывает храм следующим образом: "Невольно удивляешься прочности его кирпичных стен и сводов, на которых выросли и состарились фиговые и другие деревья; плющ обвил его совершенно, но он стоит нерушимо... Купол освещен... окнами большой величины; в них прежде были разноцветные и вызолоченные стекла, судя по множеству их обломков, находимых теперь между камнями, окружающими храм. Окна снаружи обделаны мрамором с рельефами и украшениями изящной работы. Внутренность храма была расписана фресковыми картинами из св. истории и образами святых, частью до сих пор уцелевшими. Лучше прочих сохранился образ Спасителя в куполе, образ архангела Михаила подле западных дверей, образ св. Нила на северной стене и на южной - картина Благовещения, где матерь Божия изображена на коленях. Видны еще остатки многих других картин, но их трудно различить по многим стершимся и обвалившимся частям; краски вообще сохранились с удивительной свежестью... Окрестные жители-абхазцы, не только христиане и магометане, но даже не исповедующие никакой религии (а в Абхазии весьма много таких), имеют особенное уважение к этому храму и во всех важных случаях прибегают к нему".

В 1869-1871 годах Драндский собор ремонтировался: были настланы кирпичные полы, заделаны южная и северная двери, установлен деревянный иконостас. Во время русско-турецкой войны 1877 -1878 годов в храме произошел пожар, разрушивший части кровли и свода, уничтоживший фрески. В 1881 году на развалинах храма был учрежден Успенско - Драндский монастырь. При восстановлении собора в нем были произведены новые переделки: кое-где древние стены разобрали, в других местах их достроили, пол залили цементом, изменили форму купола, вокруг храма построили различные монастырские здания. В настоящее время здесь ведутся большие реставрационно-консервационные работы - собору возвращается его первозданный облик.

А теперь мы отправимся через Кодор на левый его берег, где сквозь зелень сада видны белые стены сельской больницы. Оставим Черноморское шоссе и по извилистой проселочной дороге через заросли ольхи направимся в сторону моря. Вскоре на лесной опушке покажутся древние стены, сложенные из булыжника это храм Мармал-абаа, что означает по-абхазски "мраморные развалины". Теперь эти развалины заросли плющом и колючками, но когда-то стены церкви были облицованы белоснежными известняковыми плитами. На внутренней поверхности стен видны блоки с резным орнаментом, взятые строителями из какого-то более древнего храма. А. М. Павлинов, посетивший развалины в 1888 году, оставил их описание, не утратившее своего значения до сих пор. Исследователь видел здесь "глиняные горшки большого размера, напоминающие голосники... По стенам арки круглые... поперечные арки и коробовые своды, которыми крыта церковь... пустоты с остатками дерева, в которые, вероятно, были вставлены концы поперечных связей. С западной стороны находилась входная дверь; перед ней была небольшая пристройка...". Юго-восточнее виден фундамент еще какого-то продолговатого здания. Рядом, почти вплотную к руинам, под сомкнутыми ветвями деревьев несет свои мутноватые воды один из рукавов Кодера.

Севернее Черноморского шоссе, по левому берегу Кодора, раскинулись угодья сел Атара Абхазская и Атара Армянская. В первом над 40-метровым обрывом высятся руины большого позднесредневекового укрепления площадью 70x60 метров. Его стены возведены из булыжника, поднятого сюда по окольным тропам от русла реки. Это - Кодорская крепость. В центре восточной стены виден проем ворот, а рядом высится 15-метровая четырехугольная башня, их защищавшая. В верхнем ярусе башни сохранилось несколько небольших помещений. Снаружи вдоль стен хорошо просматривается глубокий искусственный ров, имеющий перемычку перед воротами.

Еще несколько километров в сторону гор - и мы у подошвы резко выделяющейся своей конусообразной формой горы Пскал. До вершины около часа труднейшего подъема по выжженным солнцем полянкам и зарослям. И вот наконец мы достигаем мощных стен с панцирем из грубых полутораметровых известняковых глыб. Кольцо стен охватывает небольшую площадку, на краю которой у 100-метрового обрыва находятся белокаменные руины небольшой прямоугольной в плане церкви XI-XII веков. На ее стенах видны фрагменты орнаментированных плит, относящихся к какому-то более раннему храму. Среди изображений - фигура человека, солнце, геометрические орнаменты. Найден здесь и обломок камня с греческой надписью. За южной стеной крепости находится небольшое пространство, широкими, низкими ступенями опускающееся к обрыву. Судя по остаткам древней посуды, среди которых попадаются обломки стеклянных сосудов, металлические шлаки, кости животных, здесь в древности (IV-VI вв. н. э.) находилось поселение.

Судя по всему именно здесь в VI веке произошло сражение между древнеабхазским племенем мисимиан и византийцами. Это сражение красочно описал известный историк того времени Агафий Миринейский. Предоставим ему слово: "Мисимиане... сожгли многие ненужные им укрепления... и все собрались в одном, которое казалось им наиболее укрепленным. С древних времен оно называется Тцахар; называют его Железным за его неприступность и крепость... Иоанн, придя в страну мисимиан и став во главе римского войска, тотчас расставил всех вокруг укрепления и начал осаду... Большинство жилищ не было окружено стеной, но находилось в скалистой местности, расположенной вблизи. Утесы и обрывистые скалы делали чрезвычайно трудным всякий доступ к нему и проход для всех незнакомых с местностью чужестранцев. Местные же жители, знавшие местность, с трудом спускались вниз по одной чрезвычайно узкой и скрытой тропинке в случае необходимости и снова взбирались наверх. У подножия горы на влажном и плоском месте били ключом источники с питьевой водой. Там, спускаясь ночью... варвары черпали воду".

Далее Агафий рассказывает о том, как византийцы, разведав этот путь, послали туда отряд: "Когда уже прошли половину пути, те, кто шли впереди, ясно заметили зажженный стражами огонь и что они лежат весьма близко к нему. Семь из них, очевидно, спали и лежали растянувшись. Только один, облокотившись на руку, был похож на бодрствующего, но и он уже боролся со сном, опустив отяжелевшую голову. Однако было неизвестно, как дело пойдет дальше, так как он часто качал головой и снова ее поднимал. В это время Леонтий, сын Дабрагеза, поскользнулся в какой-то луже, упал и покатился вниз, сломав щит. Естественно, раздался сильный звук, испуганные стражи пробудились и, сидя на своих ложах, обнаружили мечи, поворачивали головы в разные стороны, но не могли понять, что произошло. Так как блеск огня ослеплял им глаза, то они не могли рассмотреть стоящих во мраке, и стук, происшедший во время сна, не был вполне ясен и различим, как такой, какой мог быть произведен только поломкой оружия. Римляне же тщательно все наблюдали, задержав шаг, они оставались спокойными и молчаливыми, как будто корнями вросли в землю; не было слышно никакого звука; ноги оставались неподвижными так, как они были поставлены и застыли на остром камне или прижимая куст... Варвары же, не заметив ничего угрожающего и опасного, снова возвратились к тому, что им было желательно, и сладко заснули.

Тогда римляне, напав на них, объятых сном, изрубили как других, так и этого полу бодрствующего, как его кто-то назвал в шутку, и затем, неустрашимо продвигаясь вперед, рассыпались по улицам. Одновременно труба возвестила начало битвы. Услышав это, мисимиане были поражены и неожиданностью и незнанием обстановки. Вскочив с постелей, они пытались собраться и соединиться, выскакивая из разных жилищ. Но римляне, встречая их при выходе и принимая их, так сказать, мечами, произвели страшное избиение. Одни, уже выскочившие, немедленно умертвлялись, а за ними другие, третьи, так что не было никакого перерыва в избиении, производимом в общей свалке. Многие женщины, вскочив с постелей, с громким плачем высыпали на улицу, но охваченные гневом римляне не пощадили и их... Одна красивая женщина выскочила с зажженным факелом в руках и была хорошо видима, но и она, пронзенная копьем в живот, погибла самым жалким образом. Из римлян же кто-то, схватив факел, бросил огонь в жилище. Жилища, построенные из дерева и соломы, быстро воспламенились... Тогда, конечно, варвары стали погибать еще более страшным способом; те, кто оставались дома, сжигались вместе с домами или их давили обрушившиеся постройки. Над теми же, которые выскакивали из домов, нависала еще более верная смерть от мечей. Было захвачено много блуждающих детей, ищущих своих матерей. Из них одних умертвляли, жестоко разбивая о камни. Другие же, как бы для забавы подбрасываемые высоко и затем падающие вниз, принимались на подставленные копья и пронизывались ими в воздухе...

Вся ночь была проведена в этих ужасных делах. Когда уже все это место было разорено, пятьсот хорошо вооруженных мисимиан, выйдя из укрепления, на рассвете напали на римлян, которые даже не выставили караулов, так как считали, что одержали полную победу. Поэтому весьма многих из них убили, прочих же обратили в бегство, быстро выгнав их из поселения. Те беспорядочно бросились вниз, возвратились в лагерь с многочисленными и разнообразными ранами от неприятельского оружия и от сильных ушибов ног от частых падений на камни. Поэтому у них не было больше духа карабкаться на эту скалу..." Страсти, кипевшие когда-то на вершине Пскала, замерли в далеком прошлом, и первозданную тишину этих диких мест теперь нарушают лишь мерный шум Кодора да шелест листьев на свежем ветру. Всюду подступают горы, покрытые густым лесом, в котором можно встретить медведя или дикого кабана. Восточнее, за узким ущельем с живописными водопадами, по ровному плато тянутся от башни к башне мрачные руины Келасурской стены. Дальше вверх по гребню, на перевале к урочищу Амзара, лежат развалины храма Кяч-ныха. Еще виден центральный зал с алтарным полукружием, окруженный с трех сторон различными помещениями. Свод храма давно рухнул, а стены, сложенные из грубо обработанных плит известняка, были когда-то покрыты штукатуркой с яркой фресковой росписью.

Мы снова на Новороссийско-Батумском шоссе. Вблизи него, в поселке Новые Киндги, на возвышенном обрывистом берегу моря хорошо сохранились сложенные из булыжника стены крепости Сатамашо, получившей свое название от близлежащего абхазского села Тамыш. Отдельно стоящая центральная башня имеет по углам округлые массивные выступы-контрфорсы. В ней прослеживаются три этажа - первый забит бутом, два других имели деревянные межэтажные перекрытия. В башню попадали по приставной убиравшейся лестнице. В 1875 году по инициативе Музея Одесского общества истории и древностей в этой башне произвел раскопки поручик Шишков. Взорвав часть башни, он добыл таким способом несколько черепков глиняной посуды. Площадка вокруг башни окружена крепостной стеной, в которой видны бойницы, приспособленные для пользования огнестрельным оружием. В этом месте на картах XIV века упоминается генуэзская фактория Таманса. Судя по всему она размещалась именно в этом укреплении.

Не доезжая моста через реку Мокву, мы поворачиваем к северу по проселочной асфальтированной дороге, которая приводит нас к слиянию Моквы с её западным притоком Дуабом. На мысу высятся стройные массы знаменитого Успенского Моквского собора, построенного в третьей четверти X века абхазским царем Леоном III (955-967). Народное предание следующим образом повествует об этом событии: "Скупой и жестокой Леон III, не желая уплатить зодчему за строительство собора, обвинил его в нарушении условий договора: с купола собора якобы плохо видны окрестности. Зодчий, чтобы опровергнуть это, поднялся по приставной лестнице на купол. Тогда царь приказал убрать лестницу, и мастер, не имея возможности спуститься, погиб голодной смертью". Моквский собор является единственным пятинефным крестово-купольным абхазским храмом, завершающим развитие церковного зодчества раннесредневековой Абхазии, начало которому было положено еще в IV-VI веках в Пицунде. По сохранившимся отрывочным сведениям, собор изнутри был очень богато украшен. Стены его покрывала редкая по искусству фресковая роспись. Посетивший Мокву в 1659 году патриарх иерусалимский Досифей обнаружил здесь надпись, согласно которой храм был "расписан при императоре Алексее Комнине при великом абхазском царе Давиде", то есть в конце XI - начале XII века.

Моквский собор пользовался широкой известностью и часто посещался приезжими. В 1640 году здесь побывали русские послы - священник Павел Захариев и толмач Федот Елчин, направлявшиеся к мегрельскому владетелю Левану II Дадиани. В своем отчете они записали: "...февраля на 9 день были мы в монастыре Моквском с епископами Андреем и Максимом; показывали нам, Федоту да попу Павлу, мученика Стефана архидьякона: руки обе целые и ножные кости и крест того дерева, на котором Христос был распят".

В конце XVII столетия Моквский собор был покинут. Известный кавказовед М. И. Броссе, посетивший эти места в 1848 году, оставил интересное описание памятника: "Обширные размеры корпуса церкви, опутанного сетью ползучих растений, его кровля, превращенная в воздушный сад, его прекрасный купол, удлиненный высокими стволами деревьев все это приводит зрителя в удивление. Внутри стрелою уходящие столбы из превосходно вытесанного камня... помост, весь устланный белым мрамором без пятен; осколки цветного стекла; остатки карнизов с замечательною резьбою свидетельствуют о большом великолепии и об искусстве, достигшем высокой степени совершенства. Прекрасная галерея окружает главный корабль до столбов купола; кирпич употреблен во всем здании в одних лишь сводах между столбами. К сожалению, паперти обрушились, в окнах выбиты стекла, помост покрыт на полфута сором... вне храма большая колокольня... вправо руины помещения епископа, влево маленький придел, обвалившийся и опутанный растительностью..."

В 50-х годах XIX столетия храм был отремонтирован, пол вымощен заново известняковыми плитами, с запада возведен придел, а на куполе сооружена маленькая ротонда.

Во второй половине XIX столетия собор был превращен в усыпальницу - здесь похоронены последний владетельный князь Абхазии Михаил Шервашидзе, умерший в Воронеже в 1866 году, его сын Георгий, поэт и общественный деятель, абхазские военачальники, служившие в русской армии. В 1902 году вокруг храма выросли корпуса Моквского женского Успенского монастыря, основанного монахинями из Богодуховского монастыря Харьковской губернии. В 1920 году, в период господства в Абхазии меньшевиков, из Моквского собора было похищено и вывезено за границу ценное Евангелие, принадлежавшее моквской архиепископской кафедре. Оно было написано на 328 листах и украшено миниатюрами и орнаментом, выполненными моквским иноком Ефремом при моквском архиепископе Данииле в 1300 году. В на стоящее время Моквское евангелие хранится в рукописном отделе Музея искусств Грузии в Тбилиси.

В 1968 году широко отмечалось 1000-летие Моквского собора. К этому моменту он был отреставрирован, здесь были убраны наслоения XIX столетия, восстановлена древняя черепичная кровля. К знаменательному событию была приурочена всесоюзная конференция по проблеме "Памятники культуры и туризм", был выпущен специальный буклет.

В окрестностях Моквы разбросано большое число древних памятников-крепостей, храмов, оград. На правом берегу реки в двух километрах от собора находятся развалины Джальской церкви, внутри которой сохранились следы фресковой росписи. Вокруг развалин тянется стена с остатками ворот. Как и многие другие храмы на прилегающей территории, этот культовый памятник в средние века входил в Моквскую епархию.

Вернемся на основную трассу нашего пути и познакомимся с памятниками районного центра Очамчиры. Значительное поселение на его северо-западной окраине у устья реки Геджир возникло уже в III тысячелетии до н. э. Значительно позже, во второй половине VI века до н. э., это место, уже давно опустевшее, привлекло внимание древнегреческих колонистов, основавших здесь свою колонию Гиенос. В V-I веках до н. э. город Гиенос стал значительным торгово-ремесленным центром. Многочисленные обломки местных и привозных амфор, кувшинов, блюд, чаш и других изделий, черно-лаковая и краснола-ковая посуда, железное оружие, бронзовые и золотые украшения - вот далеко не полный перечень находок, сделанных археологами еще в 30-х годах нашего столетия.

В III-VII веках на развалинах греческого города находилось небольшое поселение апеилов, связанное с существовавшей здесь стоянкой римско-византийских кораблей.

От этого времени сохранились остатки римской бани и каких-то других каменных сооружений. В средние века здесь же на одном из древних жилых холмов были возведены из булыжника оборонительные стены, каменная печь для обжига керамики и другие сооружения, связанные, по-видимому, с указываемой в этом районе на древних картах генуэзской факторией Ала-Гуана. Сюда приставали корабли чужеземцев, вывозивших из Абхазии различные товары и в первую очередь самшит (по-турецки - шимшир), что и определило современное название города.

На восточной окраине Очамчиры за мостом через реку Гализгу рядом с шоссе находится и ныне действующий древний белокаменный храм, именуемый Илорским, окруженный оградой из булыжника с воротами, увенчанными колокольней. Храм - одно-зальный, с внутренним алтарным полукружием. Основное помещение, перекрытое каменным сводом на арках, которые опираются на выступающие из стен массивные пилястры, освещалось с помощью пяти окон. Одно окно и две высокие ниши видны в алтаре. В зал ведут три входа - с севера, с запада и с юга. С этих же сторон к нему примыкают построенные в разное время приделы. В кладку наружных стен вставлено несколько плит с грузинскими надписями, а также с резным изображением креста, под которым находится узкое окно, обрамленное широким резным наличником и навершием. Снаружи храм облицован плитами, изнутри - булыжником, поверх которого нанесены штукатурка с фресками.

Храм в Илори выделяется среди зальных церквей Абхазии не только своими значительными размерами и продуманностью своих архитектурных форм, но и художественными и конструктивными приемами, утверждающимися в Абхазии в первой половине XI века. Пропорции масс, стройность объемов, равно как и применение технических приемов, продиктованных условиями расположения здания, сближают его с зодчеством центральных районов средневековой Грузии.

Одна из народных легенд рассказывает о причинах, послуживших поводом для строительства Илорского храма: "Некий местный князь в лесу во время охоты ранил оленя. Убегая, животное скрылось в зарослях. Охотник преследовал его, и следы крови привели к развалинам древнего святилища. Князь увидел раненого оленя, положившего голову на престол с высеченным крестом в алтаре, и понял, что животное находится под покровительством самого святого Георгия. Князь оста вил жертву и приказал воздвигнуть на этом месте храм в честь этого святого". По свидетельству итальянского миссионера Арканджело Ламберти, первым из иностранцев посетившего Илорский храм в 30-х годах XVII века, рядом с храмом издавна устраивались большие ярмарки, куда стекались жители разных районов Западной Грузии, Тот же автор впервые описал своеобразное оформление празднества, посвященного дню покровителя Илорской церкви святого Георгия. Согласно распространенному в народе мнению, в ночь накануне праздника святой Георгий сам доставлял в храм жертвенного быка. Перед тем как опустить его в храм, святой трижды проводил быка с гор до моря и обратно для освящения. На следующий день "священный" бык закалывался, и мясо его раздавалось верующим, которые считали, что оно долго не портится и является лечебным средством от всех болезней. Чтобы народ не сомневался в том, что святой Георгий сам приводит быка в ночь перед праздником, двери и ворота храма тщательно запирались и опечатывались. Иосиф Цампи, другой итальянский миссионер XVII века, по этому поводу писал: "Некоторые из наших отцов (то есть католических священников), желая раскрыть, каким образом совершается это мнимое чудо с быком... бодрствовали всю ночь, бродя вокруг церкви. Они обнаружили, что воры приводят быка в сумерки, ведя его на веревках. Большая часть епископов знает, что это плутовство... и чистейший обман, но они потворствуют ему для поддержания религии в народе".

Двадцати пятикилометровое шоссе соединяет Очамчиру с крупнейшим индустриальным центром Абхазии городом Ткварчал, расположенным на берегах реки Гализги (Аалдзга). Кварталы многоэтажных зданий, дымящая громада Ткварчальской ГРЭС, нити канатных дорог и над всем этим - горы, заросшие лесом. Предыстория Ткварчала, получившего статус города лишь в 1942 году, теряется в глубине столетий. О ней рассказывают и местные памятники архитектуры.

На одной из возвышенностей, тянущихся вдоль обрамляющего город с севера хребта Айсра, хорошо видны руины древней крепости. Хорошо видны и, вероятно, именно поэтому ни разу не упоминались в краеведческой литературе. Каждый исследователь, приезжая в Ткварчал, видит над ним древние развалины и думает: я же не первый здесь, до меня были многие, и, конечно же, они уже туда поднимались, а раз ничего не писали, значит, там не крепость, а просто причудливой формы скала. А подняться наверх и осмотреть крепость стоит! Стены ее сложены из огромных глыб известняка, достигающих в поперечнике одного-полутора метров. Углы и стены укреплены выступающими наружу полукруглыми выступами - контрфорсами. Изнутри к восточной - фасадной стене примыкает квадратное помещение - башня. Вход в крепость находится в северо-восточном ее углу рядом с башней. Он был высоко приподнят над землей, и в него забирались по приставной деревянной лестнице. Снаружи видны срезы глубокого оборонительного рва. В крепости найдена кухонная посуда IX-X веков, а также обломки керамических сосудов более позднего времени.

Юго-восточнее Ткварчели поднимается живописный контур горы, известной под названием Нарчхоу. На ее вершине в обильных лесных зарослях скрывается огромная древняя крепость, а неподалеку - интересный храмовый комплекс.

Крепостной двор с севера и востока ограничен 200-метровыми обрывами, а с юго-запада - мощной стеной, протянувшейся более чем на километр. Существовала и вторая, теперь сильно разрушенная, внутренняя линия стен. Наружная стена, сохранившаяся на высоту до 3-6 метров, с внешней стороны имеет прямоугольные выступы и углубления с рядами бойниц. Им с тыльной стороны соответствует боевая дорожка. Стена была укреплена несколькими башнями, имела сложную воротную систему, а изнутри к ней примыкал ряд больших прямоугольных зданий казарменного типа. Наиболее интересна юго-восточная башня, в которой сохранилось три этажа. Стены крепости сложены из известняка, снаружи подтесанного, а в башнях использовался кирпич. Время всех этих сооружений пока неизвестно. Их конструкция, а также найденные здесь обломки древней посуды очень разнохарактерны, что говорит о длительном использовании сооружений вплоть до позднего средневековья.


Западнее крепости на возвышении сохранились развалины большого храма зального типа. Центральный вытянутый зал с полукруглой апсидой, боковые укороченные приделы, примыкающий с запада обширный притвор, прямоугольное очертание наружного плана, глубокие треугольные ниши на восточном фасаде - все эти признаки позволяют отнести храм к XI веку. Храм расположен в восточной части большого пространства, огражденного прочной крепостной стеной с треугольными контрфорсами. В западной части крепости к стене примыкают изнутри несколько зданий, среди которых одно обладает каменным сводом и четырьмя входами, возможно, это первоначальные ворота в крепость. Двор пересечен недавно образовавшейся естественной трещиной глубиной до пяти метров и шириной до трех метров. Через нее перекинуты, подобно мостику, корни деревьев с лежащим на них тонким слоем покрытой мхом земли, а в открывшемся разрезе почвы хорошо видны человеческие кости, устилающие дно трещины; они указывают на то, что западнее храма находилось когда-то кладбище.

С вершины Нарчхоу открывается замечательный вид на горы и в сторону Колхидской низменности. К северу уходят гряды низких хребтов, на одном из которых высятся руины Лашкиндарского храма. Далеко внизу в дымке просматриваются контуры Ведийского собора.

Пять-шесть километров по крутой лесистой тропе отделяют Ткварчели от древнего христианского храма, расположенного на гребне горы Лашкиндар. В древности площадка вокруг храма была окружена массивной каменной 100-метровой стеной. Внутрь ограды вели ворота. Прямо перед входящими возникала южная стена храма с аркой входа, на котором сохранилась плита с высеченным на ней крестом.

Главный зал храма достигает внушительных размеров (8,5x5 м при высоте до 8,2 м). Его каменный свод, к сожалению, давно обрушился. Боковые стены изнутри оформлены двумя большими глухими арками. Кроме южного и западного входов храм имеет два входа в северной стене. В апсиде расположены ниши и окно, в прорезь которого открывается изумительная панорама на верховья реки Гализги, снежные вершины Ходжала. С севера к храму примыкает небольшая церковка с полукруглым выступом апсиды, соединенной проходом с главным залом. С запада находится притвор, который на несколько столетий моложе основного здания и сохранялся почти полностью. Изнутри куполообразный потолок его держится на трех легких арках из известнякового туфа. Вокруг храма в толще искусственной каменной платформы скрыты склепы, в одном из которых были найдены помимо человеческих костей фигурки бронзовых львов - детали большого подсвечника XI-XII веков.

Прямоугольные наружные очертания восточной стены главного зала, скрывающей алтарь, позволяют отнести весь комплекс к рубежу X-XI веков. Южнее храма виднеется фундамент прямоугольного здания, северный вход в которое оформлен двумя огромными обломками скал, стоящих слегка наклонно друг к другу. Стены сооружения, сложенные из ломаного камня на слабом известковом растворе, имеют толщину до двух метров.

Одна из самых ярких достопримечательностей комплекса - изображения двух животных, высеченные на плите, венчавшей западный вход в главный зал храма. Эти обобщенные фигуры с первого взгляда могут быть приняты за собак. Поэтому местными жителями, а вслед за ними и исследователями храм связывается с языческим капищем, посвященным местному собаковидному божеству Алышкынтыр. Вот что рассказывает об этом легенда: "Давным давно жили, говорят, в Абхазии люди-великаны. Выл среди них один храбрый воин и смелый охотник. Никого на свете не боялся он, даже над лесными дивами смеялся. Ходил по лесам со своими верными псами, настигал туров на горных кручах, ни перед кем не сворачивал с дороги, ни перед кем не склонял головы. Стало это обидно дивам, решили они наказать горца-великана. Как - то ночью дождались они, пока великан, утомленный охотой, уснул, а горячие псы его почуяли зверя и бросились за ним в погоню в горы. Подкрались к нему дивы и накинули на него шелковую сеть. Опутали они его шелковыми веревками, выкололи ему глаза, а потом сбросили в глубокое ущелье. Вернулись с охоты верные псы, увидели, что хозяина нет, понеслись искать его и вскоре нашли ущелье, где лежал бездыханный великан. Бросились псы за подмогой к крестьянам. Рычали, лаяли, тащили за собой. Пошли крестьяне к ущелью, с трудом подняли они тело великана из пропасти. Тут псы разгрызли шелковые путы и принялись лизать раны хозяина. Три дня и три ночи не отходили от него верные псы. На пятый день вернулось к нему зрение. А на шестой день встал он на ноги и воздал хвалу верности своим славным псам - воздвиг в их честь храм на горе Лашкиндар. С тех пор чтят абхазцы собаку, лучшего их друга, сторожа их стад и жилищ".

Легенда - легендой, но как-то все же не верилось, что на фасаде христианского храма могут быть изображены собаки, да еще символизирующие языческое божество. Чтобы получить ясное представление о рельефе, мне пришлось сырой землей обвести контур изображений. И тогда стало ясно, что животные эти по всем своим признакам - короткие тупые морды, тяжелые туловища, длинные тонкие хвосты, в одном случае закрученные даже в кольцо, толстые лапы, массивные, словно с намеком на гриву шеи - никак не могут быть собаками, а должны быть отнесены к кошачьей породе и, скорее всего, являются сильно стилизованными изображениями львов или барсов. Как известно, лев входил уже в древнехристианскую символику и со временем стал обычной принадлежностью декора храмов, в первую очередь их порталов, как это видно и в Лашкиндарском храме, где он выполнял функцию стража.

Спустимся теперь по тропе к перевалу у вершины, где находится крепость Нарчхоу, и затем по проселочной дороге направимся к центру села Бедиа. Здесь на продолговатой возвышенности расположены живописные развалины средневековой резиденции бедийских епископов. На плато, окруженном скалами и стенами, сохранились большой собор, епископский дворец, часть колокольни и другие руины.

Первоначально, еще в X веке, на плато стояла небольшая одно-зальная церковь с выступающей пятигранной апсидой. В самом начале XI века к северу от нее был возведен крестово-купольный собор, в котором из четырех подкупольных устоев западные стоят свободно, восточные же соединены с между алтарными стенками. Апсиды алтаря и прилегающих боковых помещений изнутри полукруглые. В западной части центральный зал отделен от боковых помещений стенами, оформленными в верхней части арками и колоннами.

Как снаружи, так и изнутри стены храма облицованы гладкими песчаниковыми плитами. Восточная стена с внешней стороны украшена большим резным крестом. Наличники окон и входов по своей отделке просты, но изящны. Их резьба отличается разнообразием орнаментальных сюжетов и тонкостью их исполнения. Внутри церкви стены были покрыты довольно богатыми Фресковыми росписями. От XI века хорошо сохранились изображения Баграта III и группы светских лиц на южной стене, орнаментальные мотивы. Очень интересны фрески XIV века, среди которых выделяются Ветхозаветная троица в алтаре, полосы с медальонами и евангельские сцены ("Христос и Самаритянка", "Исцеление слепого") на северной стене, фигура Константина и другие фрагменты -на западной стене. Наиболее поздний слой росписей в Ведийском соборе датируют обычно XV-VII веками. Среди сюжетов этого времени обращают на себя внимание портреты жены и сына мегрельского князя Левана I Дадиани, жившего в середине XVI века.

Очень интересны надписи на ободке и на ножке знаменитой бедийской золотой чаши (хранящейся ныне в Музее искусств Грузии в Тбилиси), а также на стенах храма. Из этих надписей мы узнаем, что Ведийский храм был выстроен в честь Влахернской богоматери абхазским царем Багратом и матерью его Гуран-духтой, что постройкой его заведовал начальник каменщиков Симон и что в Бедии жил епископ, который управлял паствой на обширной территории вплоть до Ингури. Епископ Ведийский во время политического единства Грузии занимал двадцать шестое место в списке грузинских иерархов и при короновании царя ставился ниже Цхомского, то есть Сухумского. Ведийский епископ упоминается и в числе участников Кутаисского собора XVII века. Во второй половине того же века Бедия была оставлена и богослужение в ней не возобновлялось до второй половины XIX столетия, когда здесь снова разместился монастырь.

Все плато вокруг храма было окружено еще в древности мощными стенами, наращивавшими естественный обрыв. С запада, где подступы к храму наиболее удобны, видны развалины большого каменного дворца с мощной глухой внешней стеной. Нижний этаж здания, где располагались трапезная и зал для собраний, оформлен массивными колоннами и сводчатыми потолками.

От Бедии недалеко и до села Чхортол. Попасть туда можно и со стороны Черноморского шоссе. Но в обоих случаях автомобильные дороги не доходят до памятников, которые мы предлагаем осмотреть. К ним нужно добираться километра два пешком мимо колхозных усадеб, по полянкам и перелескам.

Метров на сто поднимается конусообразная гора Ахра-Джиху на северо-западной окраине села. Все ее склоны отличаются большой крутизной, а местами они совершенно отвесны. Узкая тропинка от ручья поднимается вверх. Вскоре справа вырисовывается гора, по краю которой тянется стена, сложенная из грубо обработанных известняковых глыб. За стеной сохранились остатки прямоугольного помещения, а за ним - обрыв. Стена поднимается вверх вдоль тропы и смыкается с другой, поперечной стеной, в которой зияет прямоугольное отверстие - вход в крепость. За ним справа видны развалины небольшого прямоугольного здания, сложенного из известнякового туфа: возможно, что это крепостная церковь. Вдоль стены тропа уходит влево и затем круто вверх, подводя к основанию 10-метровой башни, венчающей вершину. Попасть в башню можно было только с помощью длинной деревянной приставной лестницы. В башне два отделения: небольшая прямоугольная комната, а восточнее - небольшой дворик, вероятно, не имевший сплошного перекрытия. На склонах горы в большом количестве разбросаны черепки глиняной посуды, черепицы, каменных терок, бусы, кости животных, металлические шлаки, относящиеся к раннему средневековью (IX-X вв.). С вершины Ахра-Джиху хорошо просматриваются живописные окрестности, лесистые склоны гор, ущелья речек, кукурузные поля колхозников.

Восточнее посреди поля высится одинокая столбообразная известняковая скала. Это удивительное создание природы привлекло к себе когда-то внимание древних зодчих, которые увенчали скалу крепостью. Попасть в нее можно лишь с северо-востока, хватаясь за корни деревьев и выступы скал, подтягиваясь на руках, с трудом отыскивая опору для ног. Такой путь приводит метров через двадцать к древней стене с входным проемом. Это нижний ярус укреплений, расположенный на склоне скалы и представляющий собой продолговатый дворик, охватывающий скалу с востока.

Изнутри к воротам пристроено небольшое помещение, из которого еще два входа ведут наверх и в южный отсек нижнего яруса. По выступам скалы, как по ступеням, не так трудно взобраться на вершину, где среди зарослей возвышается прямоугольная башня с двумя входами в противолежащих стенах, выводящими в два небольших дворика, которые, окружены стенами и 50-метровыми обрывами.

Вернемся на Новороссийско - Батумское шоссе и заглянем в село Царче, расположенное юго-восточнее Очамчиры, в трех километрах севернее дороги. Здесь на правом берегу реки Царче высится мощное средневековое укрепление. Издалека видна массивная южная башня, сложенная из крупного речного камня и тесаных блоков песчаника. За башней находится небольшой крепостной двор, окруженный толстыми стенами, часть которых рухнула. Среди обломков сохранилась верхняя арочная часть крепостных ворот. Южнее крепости по гребню сохранились руины позднесредневекового храма. Севернее, за оврагом, расположено обширное плато, на котором в древности находилось ( большое поселение, огражденное массивными булыжниковыми стенами. В XVII веке итальянский миссионер Кастелли составил карту Колхиды. На этой карте есть и изображение Царчейской крепости - башня с развивающимся над нею знаменем, ряд крыш за нею, вокруг деревья, обозначающие лес. Следовательно, крепость имела важное значение в позднем средневековье, к которому, возможно, должно относиться и время ее постройки.

Наше путешествие по Южной Абхазии подходит к концу. За районным центром Гал близки уже и берега Ингура. Слева от шоссе, тянется Колхидская низменность, вправо уходят холмистые предгорья. Мы заглянем сначала в расположенное южнее село Тагилони, широко известное своими древностями. В 1930 году здесь был найден клад или погребение содержавшее большое число золотых, серебряных, бронзовых и железных изделий. Особенно замечательна своей тонкой выделкой золотая полая головка оленя. С большим искусством переданы ветвистые рога, лоб, нос, мускулатура щек, шерсть, завивающаяся крупными прядями на лбу, за ушами и над глазами. На территории Тагилони сохранилось немало древних памятников, но осмотреть в первую очередь следует Чеохваме. Храм этот хорошо сохранился. Стены его возведены из булыжника и облицованы плитняком. Издалека видна двускатная каменная кровля, поросшая бурьяном и колючками, но до сих пор не пропускающая влаги. На западном фасаде край кровли выложен плитами с рельефными изображениями птиц, животных, различных орнаментов. Алтарное окно снаружи перекрыто камнем с вырезанным на нем крестом. Зайдем в прохладную полутьму здания через одну из трех ведущих сюда дверей. Каменный свод его покоится на арках, опирающихся на выступающие из стен прямоугольные плиты-консоли. В стены алтаря на значительной высоте заложены большие орнаментированные кувшины-голосники, улучшавшие качество звучавших здесь в старину песнопений.

Издалека видна вершина Сатанжо с венчающей ее древней башней. Круто падают к востоку и югу каменистые склоны, поросшие вековым лесом. Но усилия, затраченные на 500-метровый подъем, будут вознаграждены. На 15 метров поднимается башня. Ее гладкие стены, облицованы белоснежным известняком, в проемах окон ветер колеблет пучки травы и ветки кустарников. На три этажа когда-то делили башню деревянные перекрытия. Сверху из-за зубцов с боевой площадки летели во врагов) меткие стрелы. Башню окружает небольшая площадка каменной оградой и с врытыми в землю большими керамическими сосудами-пифосами. Плато полого спускается к северо-западу, и в ста метрах от укрепления, от обрыва до обрыва, его пересекают ров и вал, бронированный камнем. Время сооружения крепости Сатанжо относят к раннему средневековью, но, судя по картам XVII столетия, она играла важную роль и значительно позже. По-разному переводят название Сатанжо. Одни считают, что это от мегрельского "танджи" - "ориентир", другие видят в нем искаженное "Санта-Анжело" - от где-то в этом районе существовавшей когда-то генуэзской фактории. "Сатанжо - мрачное, грозное место, - писал известный абхазский краевед Иосиф Адзинба, - для окружающего населения. В представлении местных старожилов, "страшно поднимать завесу истории над Сатанжо". Это мрачное место, орошенное человеческой кровью, овеяно множеством легенд и сказаний, насыщенных ужасом пыток и страданий".

У подножия горы Сатанжо, на самом берегу Ингури, левее шоссе, хорошо видна серая булыжниковая масса 17-метровой четырехугольной башни, обросшей различными пристройками и окруженной стеной. В старину в крепость, известную теперь под именем Оцарце, попадали с помощью приставной лестницы через проем со стороны Ингури. Мы же пройдем во двор прямо через развалившуюся стену и заглянем сначала под своды северной пристройки. Несколько однообразных ниш в стене, отпечатки брусьев на потолке да пыльный пол - это все, что можно теперь здесь увидеть. Справа от башни сохранились остатки другого помещения, от которого по ступеням в стене можно подняться на плоскую кровлю первого. Отсюда дверной проем вводит во второй этаж башни, где в булыжниковой кладке стен хорошо сохранились треугольные ниши и узкие ружейные бойницы. В углу видно отверстие, через которое по приставной лестнице попадали когда-то в первый этаж, представлявший собой совершенно глухое темное помещение. В нем врыты в землю несколько крупных глиняных кувшинов (пифосов) для хранения воды и провизии. В потолке второго этажа виден люк, ведущий на третий этаж. Конструктивные особенности памятника указывают на его дату - XVII столетие.

В нескольких километрах выше, по правому берегу Ингури, на восточной окраине села Саберио, на одном из холмов, расположено интересное средневековое укрепление Нацмер. Ворота крепости представляют собой массивную башню с двумя противолежащими входами. Оборонительные стены, сложенные из грубо обработанного камня, сохранились на высоту 5-7 метров. Вершину венчают остатки совершенно заросшего колючками двухзального сооружения, возможно, церкви. За нею поднимается серая масса двухэтажного здания, в нижний этаж которого можно попасть через хорошо сохранившийся входной проем со следами засовного устройства. Здесь, в стенах большого прямоугольного помещения, из-за оплетающих их колючек сасаперили видны ряды узких окон-бойниц и несколько ниш. Во втором этаже какие-либо отверстия в стенах отсутствуют. Сюда со стороны двора вел отдельный проход, рядом с которым тщательно выложена арка высокой неглубокой ниши. Конструкция построек, обломки глиняной посуды позволяют отнести памятник к развитому средневековью (XI - XIV вв.).

Еще дальше в сторону гор, вблизи Приингурского шоссе, в урочище Цкелкари, находится очень интересный, но, к сожалению, сильно разрушенный храм Ацкар XI века с пристройками XIV века. Тропа от ручья круто поднимается в гору и через густую лесную чащу приводит к древним фундаментам. Церковь относится к типу зальных с тремя приделами. В апсиде северного придела находится глубокий склеп, перекрытый сводом, с люком в нем. Люк закрывался массивной каменной плитой с железным кольцом. Стены храма и склепа облицованы гладко обработанным известняком. До 60-х годов нашего столетия на стенах храма сохранялись фресковые росписи XI-XVI веков.



В разделах сайта использованы фотографии:

Владимира Попова
Дениса Чачхалиа
Мадины Ардзинба
Беслана Хашба
Лаврентия Амшенци
А.Ю. Скакова
А.Б. Крылова
В.Р. Эрлиха

Автор:
Источник: АПСНЫ.РУ

Смотрите также: Туры в Абхазию | Виза в Абхазию | Авиабилеты в Абхазию |

Добавить страницу в Избранное!

Постоянный адрес документа: http://www.totzyv.ru/Abkhazia/info/Abkhazia_info_17.html

Быстрая навигация: Австрия, Болгария, Великобритания, Вьетнам, Германия, Греция, Доминикана, Египет, Индия, Испания, Италия, Кипр, Мальдивы, Норвегия, ОАЭ, Португалия, Таиланд, Турция, Финляндия, Франция, Хорватия, Черногория, Чехия, Швеция

Египет, ОАЭ, Тунис Туры в Турцию. Отзывы туристов об отелях Турции.
Турция